Король Кобольд [ = Возвращение короля Коболда ] - Кристофер Сташеф

Но берег сотряс громовой рев, и зверолюди в неожиданном ужасе подняли взгляды на хлынувших вдоль реки пять тысяч грамарийских солдат.

Род проглотил победный крик; все его бойцы сохраняли молчание и катализировали прилив энергии в серию быстрых выпадов. Зверолюди отступили перед ними, а затем немного успокоились, чтобы повернуть и защищаться. Но дрались они теперь бешено и беспорядочно, так как солдаты превосходили их в численности.

Яростно коля и парируя, Род стал смутно сознавать исходящее от врага ритмичное громыхание.

— Род, — проскрежетал словно замедленная запись голос Векса, — напряжение нарастает... я могу подвести тебя...

— Держись, пока можешь! — крикнул Род и мысленно приготовился спрыгнуть и использовать Векса для защиты своего тыла.

Громыхание стало громче, стало разборчивым, вражеская армия скандировала в один голос:

— Коболд! Коболд! Коболд!

И казалось, что их бог услышал призыв, внезапно весь берег реки пронзило переливающимся сиянием, и гром превратился в пушечный выстрел.

Когда сияние померкло, солдаты замедлили движение. Какой-то зверочеловек поймал взгляд Рода, и тот снова почувствовал, как тело его одеревенело, как бы окутанное густой массой.

Затем эту темную массу снова прожег добела раскаленный меч, и его руки выскочили на волю. Вся грамарийская армия исторгла радостный крик и бросилась драться с новой дикой энергией. Им ответил рев гнева, но в нем сквозило отчаяние, и зверолюди, казалось, прижались друг к другу, образуя стену против грамарийских копий. Но островные волки наседали на эту стену, круша и подкапывая ее, и ночь превратилась в бедлам из воплей и лязга стали.

Внезапно Род осознал, что его бойцы продвигаются вперед. Но как они могли, когда враг прижат к воде? Поглядев поверх голов, он увидел, что зверолюди забираются по одному на борт драккаров.

— Они удирают! — ликующе закричал он. — Враг бежит! Рви их!

Его бойцы ответили безумным воплем, и дрались, как бешеные. На самом-то деле они могли лишь царапнуть, да отколоть и немногим больше; стена зверолюдей была сплошной и становилась все плотней по мере того, как съеживалась, когда отчаливала одна лодка и ее сменяла другая. Но наконец последние зверолюди повернулись и побежали забраться в лодку. Солдаты кинулись было преследовать их, но Род, Туан и сэр Мэрис остановили их резкими приказами, повторенными через каждого рыцаря каждому сержанту. Подняв головы, солдаты увидели, что уже поднявшиеся на борт зверолюди приготовились метнуть в них все — от секир до камней. Видя, что солдаты остановились, они с безумным воем швырнули их; но поднявшиеся щиты заставили эти снаряды отскочить, не причинив вреда. Когда же они опустились, драккар выплыл на стрежень, описал медленную, изящную кривую и поплыл вниз по течению.

Туан с победным криком вонзил окровавленный меч в небо. Посмотрев на короля, пораженная армия сообразила, что она победила. И тогда с пронзительным воем триумфа небо проткнул лес пик и мечей.

Прежде чем растаяло эхо, Род снова повернул Векса вниз по течению.

— Ты выдержал все сражение, Старина Железняк!

— Выдержал, Род. — Электронный голос все еще звучал немного замедленно. — В этой битве на меня могли нападать только спереди.

Род кивнул.

— Огромное преимущество. А теперь направимся я шатру ведьм с максимальной скоростью!

* * *

Часовые перед шатром узнали его и стукнули себя по нагрудникам, отдавая честь. Род спрыгнул с коня и влетел в шатер.

Оплывшие свечи показывали растянувшихся повсюду в беспорядке и потерявших сознание юных ведьм и чародеев. В центре обмякла, привалившись к одному из опорных шестов шатра, Агата, державшаяся руками за голову, а у другого сгорбилась Гвен, стонавшая и теревшая себе лоб и виски.

Рода пронзил страх. Он прыгнул к ней, сгреб ее в объятия.

— Милая! Ты...

Она моргнула, подняв голову, и сумела улыбнуться.

— Я жива, милорд, и снова буду здорова — хотя сейчас голова у меня так и раскалывается...

— Хвала святым! — Род прижал ее голову к своей груда, а затем наконец позволил себе воспринять окружавшую его бойню. Он снова повернулся к Гвен, на этот раз медленнее. — Он появился, да?

— Да, милорд. — Она поморщилась от боли. — Когда ударила вторая молния, вся молодежь попадала без чувств. Мы с Агатой изо всех сил старались выдержать главный напор той жестокой мощи, и я ощутила, как помогает ей сила Гарольда. Но все мы страшились третьей молнии, зная, что нам не устоять перед ней...

— А Гален мысленно подслушивал и понял, что вам ее, вероятно, не выдержать, — кивнул Род. — Но он не посмел пойти на риск, что его «сын» может при этом сгореть, хоть сын этот и родился не от его тела.

— Не полагайся вновь на его помощь, — донесся хрип с другой стороны шатра, и куча тряпья и костей, бывшая Агатой, пошевелилась. — Берегись, Чародей, он знает теперь, что ты постараешься использовать его, подвергнув опасности Гарольда.

— Конечно. — В глазах у Рода заплясали яркие огоньки. — Но он все равно явится.

* * *

Туан оставил на обоих берегах эскадроны, кипевшие гневом оттого, что не смогли принять участие в битве; но теперь, когда они увидели плывущие к ним драккары, воины заорали от радости и выхватили мечи.

Зверолюди, не обратив на них внимания, поплыли дальше.

Раздосадованные молодые рыцари, командовавшие эскадронами, отдали соответствующие приказы, и спустя несколько минут огненные стрелы понеслись по дуге над водой и застучали по палубам и парусам. Несколько минут лучники забавлялись, наблюдая, как зверолюди в панике заметались, гася пламя. Но как только все потушили, следующее подразделение ниже по реке нашпиговало воздух горящими стрелами, и развлечение началось по новой. Поэтому, хотя Туан и послал часть оправившихся ведьм и чародеев лететь вдоль реки за флотом, старательно держась за пределами досягаемости стрел, те не понадобились. И все же они держались вблизи, бдительные и готовые помочь, когда драккары спустились по течению реки Флев и вышли в море.

На горизонте драккары остановились, словно раздумывая, не сделать ли еще одну попытку. Но на утесах собрался строй лучников, а за ними — телекинезирующие ведьмы, и в результате огненные стрелы сумели пронестись до самого горизонта, прежде чем упали, и снова зажечь обугленные корабли.

Драккары сдались, повернули носы в сторону дома и исчезли.

В разгар пьяного веселья и гульбы Род протолкался через толпу к Туану. Он схватил короля за августейшую шею и крикнул ему в самое ухо — иначе его б не услышали.

— Ты ведь знаешь, что это на самом деле еще не конец, не так ли?

— Знаю, — ответил с достоинством молодой король, — но знаю также и что сегодняшняя ночь предназначена для торжества. Наполни бокал и веселись вместе с нами, лорд Чародей. Завтра мы вновь будем думать о войне.